Оценка - по результатам

 

4science
Оценка - по результатам
Автор: Нина Шаталова

Подведены итоги первых конкурсов обновленной ФЦП «Исследования и разработки»

С.Ю. Матвеев. Фото: Нина Шаталова

Опубликованы итоги первых масштабных конкурсов ФЦП «Исследования и разработки», сформированных и проведенных с учетом приоритетов Стратегии научно-технологического развития РФ. 

Минобрнауки России представило первые данные отбора проектов на проведение прикладных научных исследований и получение результатов, необходимых для реализации приоритетов, определенных СНТР. Так, например, по мероприятию 1.2 будут профинансированы 92 проекта на сумму почти ₽5 млрд, а по мероприятию 1.3 — 57 проектов на сумму около ₽6,5 млрд. 

На наши вопросы о том, как проходили подача и экспертиза заявок, какие новые требования к ним были предъявлены, кто из индустриальных партнеров и почему не смог пройти отбор, ответил в ходе недавней конференции Проекта «5-100» в Калининграде директор Департамента науки и технологий Сергей МАТВЕЕВ. 

— Объявления итогов конкурсов по скорректированной ФЦП ИР все ждали с нетерпением… 

— Не так и долго пришлось ждать. Напомню, стратегия была утверждена Президентом РФ 1 декабря прошлого года. А решение об использовании механизма открытого формирования тематик, направленных на реализацию приоритетов, было принято Советом программы уже в начале этого года. 

— Как шли подача и экспертиза заявок?

— Из двухступенчатого конкурс фактически стал одноступенчатым: организации сформировали проекты исходя из логики приоритетов стратегии и сразу подавали их для участия в конкурсе. Экспертиза же проходила в рамках общей многокритериальной оценки заявок. А НКС одобрил тематики уже после того, как они были оценены по всем критериям. 

— Чем вызвано такое изменение процедуры? Требовалось ускориться? 

— Это продиктовано не фактором отсутствия времени. Ранее экспертные советы рассматривали проекты, которые формировались в логике приоритетных направлений науки — то есть оценивалось, насколько актуальна тематика в рамках выбранного направления. 

Стратегия, утвержденная в декабре прошлого года Президентом России, изменила эту логику: сегодня мы говорим не о приоритетных направлениях науки, а о способах и сферах применения научных результатов, независимо от того, в какой области науки такой результат получен — именно так сформулированы приоритеты научно-технологического развития. Они о том, как наука работает на экономику, на развитие всего общества. 

Очевидно, что чтобы увидеть новые проекты, нужно изменить систему их экспертизы и отбора — оценивать не только новизну и актуальность в рамках направления науки, а и перспективы применения и инновационный потенциал возможных результатов. Это несколько другая задача, которая в полной мере не покрывается механизмом экспертных советов.

Первая часть экспертизы — оценка научной новизны и значимости проектов. Второй важный критерий — инновационный рыночный и экономический потенциал ожидаемых результатов. Ряд проектов имел хорошие научные показатели новизны и значимости. Но сфера применения их результатов экспертами, увы, не просматривалась.

Третий критерий — качество самого проекта. Если он сформулирован плохо… Как говорят: кораблю, который не знает, куда плыть, ни один ветер не будет попутным. Четвертый критерий — оценка репутации заявителя. Это мы делали впервые. «Проходные» проекты должны быть сбалансированными — оценки ни по одному из четырех критериев не должны «западать». 

— Насколько такой подход оказался эффективным? 

— Жизнь покажет. Как известно, цыплят по осени считают. Перефразируя это, можно сказать: науку можно оценивать только по результатам. Говорить что-то конкретное по данному поводу можно будет через год, когда появятся первые результаты по проектам. — Как же оценивалась репутация заявителя? Требовалось ярко расписать свои заслуги?

— Как же оценивалась репутация заявителя? Требовалось ярко расписать свои заслуги? 

— Вовсе не обязательно. Для Минобрнауки не составляет труда получить необходимую информацию о заявителях. Практически все из них, кто так или иначе работает в науке, есть в базах WoS, Scopus, в базах данных патентной информации, в системе мониторинга научных организаций, ЕГИСУ НИОКТР, в базе ФЦП ИР прошлых лет…

Конечно, в заявках была прописана необходимая информация, а при экспертизе мы также пользовались данными разных инфосистем. Критерий репутации был не основным, но очень важным и играл определенную роль в оценке индустриальных партнеров. 

— Нововведения коснулись и оценки индустриальных партнеров? 

— Партнеры из бизнеса это важнейшая часть проекта: от того, кто софинансирует и получает права на научные результаты, зависит конечный продукт и, как следствие, — эффективность государственных инвестиций. 

В ходе экспертизы из участия в конкурсе были исключены компании-однодневки, не имевшие никакой истории, а также те компании, чья сфера деятельности, заявленная в уставе, не позволяла сделать вывод о серьезности настроя компании на использование научного результата. 

Были отклонены и компании с крайне малым оборотом, недостаточным для какого-либо вклада в научные проекты. 

Относительно таких подходов к оценке индустриального партнера шло много споров. Один из доводов был следующим: при необходимости небольшая компания с маленьким оборотом может взять кредит и профинансировать проект. Не считаю, что это возможно. Если оборот компании составляет ₽5 млн, а в проект планирует вложить ₽50 млн, вряд ли она получит кредит на подобную сумму. Более того, внутренние затраты на исследования и разработки такой компании также не могут быть доведены до нужного уровня. Понимаем, что часть компаний не финансирует науку напрямую, а инвестирует косвенно, через собственные затраты, но тогда эти деньги должны просматриваться в их прибыли.

Еще интересный момент. Как показал наш анализ проектов прошлых лет, ряд компаний — индустриальных партнеров, которые как бы (именно в сослагательном наклонении!) вкладывают деньги в исследования и разработки, никак не востребуют свою налоговую льготу на прибыль. Удивительная ситуация. Что же им мешает?.. 

То есть для министерства они показывают затраты, а для целей налогообложения – не показывают как затраты на НИОКТР. Согласитесь, странно — ведь налоговое законодательство позволяет, инвестируя в науку, например, ₽10 млн списывать для уменьшения налога на прибыль в полтора раза больше — ₽15 млн. 

В ходе экспертизы по решению конкурсной комиссии Минобрнауки были исключены также микрокомпании, которые многократно являлись индустриальными партнерами, но чей бизнес в результате никак не развился. Считаем, что адекватный индустриальный партнер, получив в результате научного проекта нужный научно-технический результат, набор патентов, будет развивать свой бизнес, а не возвращаться по три-четыре раза за субсидиями к государству. 

Нам пришлось достаточно много поработать в ходе экспертизы, в результате проекты стали несколько другими.

— В списках победителей на сайте ФЦП ИР много вузов, в том числе из Питера... Как-то изменился портрет заявителя после корректировки программы в соответствии с приоритетами СНТР? 

— В числе выигравших появилось много организаций, которые раньше не проявлялись в списках победителей. У нас часто встречается такой подход: это известная организация, а вот про эту — никто не знает... Подобное отношение не может быть основанием для принятия решений об участии в программе. В любой организации возможно появление яркого проекта.

Есть и организации с большим числом победивших проектов. Могу сказать, что все они подали достаточно много заявок: у некоторых их практически по два десятка. Потому, если 3-4 из таких подач оказались удачными, это вполне логично. В выигрыше обычно те организации, кто научился поддерживать своих ученых: в организации создана отличная инфраструктура по подготовке конкурсных заявок, нормальный сервис по формированию и сопровождению проектов. А также, если рядом с ученым существуют администраторы, способные оформить идеи, сформулировать нужные требования и своевременно подать заявку. 

Очень порадовала возросшая активность институтов РАН — их тоже немало среди победителей. 

— Какие приоритеты оказались наиболее популярны? 

— Несколько увеличилось число проектов, связанных с медициной, фармой. Впервые стало появляться что-то связанное с большими данными — например, для сетевых ритейлеров... Это интересные проекты, их не очень много, но то, что это есть, — радует. 

Ряд проектов направлен на реализацию Национальной технологической инициативы (НТИ). На поддержку компаний НТИ в этом году Правительством РФ предусмотрены достаточно большие деньги — свыше ₽8,5 млрд. Значительная часть из них пока не израсходована, перенесена на следующий год. Для запуска проекта НТИ необходимы хорошие, качественные научные заделы — потому поддержка исследовательской стадии в рамках ФЦП ИР очень нужна, чтобы сформировать пул будущих участников НТИ.

— Какова же она? 

— Есть абсолютные диссонансы. Например, проектов по таким приоритетам, как качество жизни, медицина, продукты питания, катастрофически недостаточно. Понимаем, что эту сферу надо поддерживать и стимулировать. Для этого есть разные способы, в частности помогать научному сообществу ориентироваться в том, что будет перспективным. В этом году прошел еще ряд конкурсов — менее шумных и ожидаемых — по мероприятию 1.1. Речь идет о разработке прогнозов реализации научно-технологического развития, определенных СНТР. Итоги этих конкурсов будут подведены в ближайшее время, а сами прогнозы опубликованы. На их основе научные организации смогут формировать заявки более грамотно не только с точки зрения своих возможностей, но и с более широким видением перспектив развития той или иной сферы. 

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded